ХГАЭП ХГАЭП ХГАЭП ХГАЭП ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ ХГАЭП ХГАЭП ХГАЭП ХГАЭП ХГАЭП

УДК 330.1
Ю.Н. Гойденко,
д-р экон. наук, профессор кафедры банковского дела
Хабаровской государственной академии экономики и права

Человеческий капитал как крупная «индустриальная» задача
(Продолжение. Начало см. в № 1. 2012.)

The acquisition of macroeconomic stability and the formation of preconditions for the rapid wealth growth on this basis is largely due to a high quality of work, a person's ability to effectively use available resources. At the same time the role of human capital has significantly increased. Although the theory of this socio-economic phenomenon requires a thorough study and, mainly, an effective "incorporation" into functioning of economic entities such as commercial banks and other financial institutions.
Keywords: labor market, capital, human capital theory, welfare, financial sector, society’s development factors.

Подчеркнём ещё раз: изучение капитала, в том числе в его физической форме, относится к числу наиболее интригующих эмпирических наблюдений и теоретических изысков, активно обсуждаемых в современной социально-экономической литературе. Его суть, помимо прочего, состоит ещё и в том, что он выступает и катализатором, и непосредственным «творцом» продукта; является принципиально важным условием существования всякого произведённого товара или вещи для личного применения.
Как уже отмечалось ранее другими авторами, многочисленные попытки объяснить этот феномен всякий раз приводили к тому, что исследователи выделяли новые свойства капитала, его характеристики интерпретации или статусы. Мы же обращаемся к таким категориям, как «денежный капитал», «торговый капитал» «заёмный капитал», «физический капитал», «финансовый капитал», наконец, «интеллектуальный капитал». А в последние годы наиболее активно развивается модная для авторов тема «социального капитала», воплощение которого мы находим в таких «вещах», как доверие, нормы поведения, этика, мораль, психология и проч. Изучая капитал как историко-экономическую категорию, мы рассчитываем на то, что нам удастся обнаружить наиболее характерные черты явлений, которые могут быть распространены и на человеческий капитал. Авторские рассуждения о капитале, по нашему мнению, достигнут цели, если позволят составить представление о том, как искомое понятие преломляется в условиях его трактовки как элемента другой важной экономической категории – человеческого капитала. 
Что касается обыденно-бытового употребления слова «капитал», мы не намерены проводить скрупулёзный лингвистический анализ, и ограждаем себя от необходимости рассматривать различные, в том числе и нелепые для этой темы случаи, как-то: «ему удалось капитально отдохнуть» или «примите по этому вопросу капитальное решение». Нас будут интересовать лишь случаи, в которых понятие «капитал» используется исключительно как тематический термин.
Существует множество подходов к определению капитала. В одних случаях он трактуется как некоторая денежная сумма, которая используется в экономическом обороте. Другие авторы видят в капитале совокупность средств производства. Классики маржинализма, в частности У. Джевонс, представляют капитал как денежную стоимость или фонд. У А. Пигу – это совокупность предметов, обладающих определёнными признаками. Г.Д. Маклеод определяет эту категорию как накопленный труд, а Дж.С. Милль – как запас продуктов труда. Г. Молинари, А. Шторх, О. Нойрат, Ф.А. Феттер «видят» в капитале сумму ценностей, выраженных в деньгах, но не состоящих из них. У Дж. Б. Кларка капитал – это фонд производительной силы, состоящий из производственных благ, непрерывно меняющихся в рамках потока благ. У К. Маркса и Р. Гильфердинга – средство эксплуатации рабочего или средство господства над производством. Помимо всего, капитал трактуется как средство производства (О. Бём-Баверк), конкретные блага и право этими благами распоряжаться, средства производства, которые можно ссудить (представление о «денежном капитале»), имущество, выраженное в деньгах (К. Менгер); покупательная сила (Г. Дэвенпорт, Т. Веблен, Й. Шумпетер). 
Формируя мнение о сущности капитала и представляя его в несколько абстрактной форме, В. Рошер именует его государством. Очевидно, что все или хотя бы большую часть мнений о содержании капитала перечислить невозможно. Да и заниматься этим мы не намерены.
Безусловно, содержание физического капитала существенным образом отличается от содержания капитала человеческого; между ними не пропасть, но осязаемые для умственного восприятия различия. Так сказать, политэкономическая разница. Между тем (кто бы решился оспорить этот тезис?) эти основательные социально-экономические явления имеют и технико-экономическое сходство: и то, и другое явление требует отвлечения значительных средств в ущерб текущему потреблению; от обоих зависит уровень развития экономики в будущем; оба типа вложений дают длительный по своему характеру производительный эффект; они также обладают такими общими чертами как старение, моральный износ, способность привлекать внимание со стороны потенциальных собственников или арендаторов. Их объединяет фундаментальное начало, проявляющееся в виде запаса капитальных благ. По характеру и физический, и человеческий капитал походят друг на друга. Оба феномена есть отложенное потребительское благо; как выразился У. Петти, «накопленный труд». Или – как у Дж.C. Милля – «накопленный запас продуктов труда»; «богатство в зачаточном состоянии» (Ф. Тауссинг); «промежуточный продукт» (О. Бём-Баверк); «незрелые потребительские блага» (Й.А. Шумпетер).
Итак, человеческий капитал подобен физическому капиталу в главном [1]: он представляет собой благо длительного пользования; требует расходов по «ремонту» и «содержанию»; он подвержен моральному износу до того, как произойдёт его физический износ – старение организма. 
Разумеется, что отмеченные выше сходства между указанными категориями не исключают и различий между ними.
Мы знаем, что капитал принадлежит к «вещам» или «предметам», обладающим определёнными уровнями ценности и полезности. Как правило, это реальный предмет, и его можно продать либо купить, обменять на другую такую же капитальную вещь или передать в благотворительный фонд, разрушить или же, наоборот, восстановить его потребительские свойства. В зависимости от складывающейся конъюнктуры капитал постоянно переоценивается (увеличивается или уменьшается в цене). Этим капитал демонстрирует собственные адаптационные способности. Физический капитал легко встраивается в известную модель – всеобщую формулу капитала как самостоятельная категория, самовозрастающая стоимость, приносящая собственнику экономическую добавленную стоимость. 
Современное общество практически полностью изжило работорговлю и владение «человеческими душами». Не берём в расчёт случаи бандитизма или сохранившихся до сих пор в потаённых уголках планеты «диких» обычаев, дошедших в культуре отдельных племён с древних времён. Считается, что сегодня человек – и это его выгодно отличает от машин, механизмов, технологических линий и идей – не может стать предметом торга, купли-продажи. Но общество выработало и активно использует иную форму взаимоотношений между людьми, оттачивая практику так называемых «арендных отношений». При этом рынок и человеческая мораль вполне восприимчивы к такой категории как «цена аренды». Это вовсе не означает «цену товара», именуемого «человеческий капитал». Следовательно, мы констатируем отличие физического капитала от человеческого капитала. Суть этого фундаментального отличия заключается в невозможности законной торговли последним, будто бы речь идёт о привычном товаре или вещи, о каком-либо движимом или недвижимом имуществе. В основе же протеста общества против торговли человеческим капиталом лежит не отсутствие его материальной оболочки (вспомним о работорговле), вещественного проявления, но нравственные принципы, комплексы, сложившиеся в обществе. Сегодня именно так и рассуждают те из нас, кто обращается к понятию «суть человеческого капитала». 
Разумеется, капитал как область научных исследований не относится к числу новинок. Элементы учения о нём как о накопленном богатстве мы встречаем уже у Аристотеля. К слову, наука знакома и с более ранними рассуждениями на эту тему. Известны, например, мысли Платона, изучавшего противоречия, возникающие в условиях разделения труда, Ксенофонта относительно физического труда и принципов разделения его результатов, других авторов «доаристотелевской» эпохи. Очень важное дополнение: мыслители Эллады проводили различие между простым товарным обращением и обращением денег как капитала.
Полнейшая монетизация капитала, его безусловное ассоциирование с деньгами случились несколько позже. В Древнем Риме в отсутствие однозначного определённого толкования суть понятия приобрело больше ясности, стало обозначать деньги, права на деньги или же определённые блага, которые можно было выразить в деньгах. Согласитесь, что теперь, к какому бы источнику знаний о капитале мы ни обратились, почти каждое известное использование термина «капитал» более или менее близко соответствует параллельному применению термина «доход», «деньги», «богатство». Почти в каждом случае капитал рассматривается как часть имущества, из которого человек извлекает доход или преумножает богатство. Любопытно знать: в современных условиях способен ли вообще капитал существовать и функционировать без денег, дистанцироваться от них? Итак, происхождение интересующего нас явления корнями уходит вглубь веков. Как отмечено выше, не менее древним оказывается и сам термин «капитал». Но вот незадача: долгое время в научном и деловом обороте термин использовали совершенно не так, как мы сегодня его понимаем. Ранние теоретики, философы и иной учёный люд создали в этом вопросе такую путаницу, что существо капитала долгое время оставалось за пределами нашего понимания, неизученным и закрытым. Идеи относительно предмета спора, философствование вокруг капитала, дискуссии и гипотезы не выстраивались в единую, толковую теорию, способную объяснить все стороны и грани феномена.
Изучение ретроспективы экономической мысли свидетельствует о том, что в докапиталистической экономике «капитала» попросту не существовало, а то, что именовали этим термином, лишь частично объясняло суть самого предмета. Уточним: социально-экономическое учение о капитале зародилось благодаря усилиям мыслителей XVIII – XIX вв. Широко известны имена Р. Кантильона, Ф. Кенэ, П. Буагильбера, А. Тюрго, А. Смита, Д. Рикардо, Т. Мальтуса, Дж. Лодердейла, Д. Юма и других теоретиков донаучного и научного периодов. Наиболее одарённый и системный мыслитель прошлого К. Маркс, помимо прочего, привнёс в теорию капитала базовый постулат-формулу движения капитала: «Д-Т-Д`». В означенной схеме «Д» – это деньги. «Т» обозначен товар, а «Д`» – прибавочная стоимость, полученная благодаря эксплуатации капитала во множественном его проявлении. По утверждению К. Маркса, капитал находится в постоянном движении и одновременно может существовать в трёх формах – денежной, производительной и товарной. Совершая кругооборот и меняя свою форму, капитал должен весь без остатка постоянно циркулировать между реальной и виртуальной экономиками, то есть между сферой, производящей материальные блага, и сферой, где эти блага удовлетворяют потребности покупателей. Это была эпоха активного объяснения капитала исключительно в терминах сокровища, богатства, денег, золота. Классики политэкономии продолжили традицию и при исследовании капитала во главу угла помещали вопросы, относящиеся к производству и распределению богатства. Ими изучались произведённые и распределённые блага, стоимости и их ценности. Именно в это время Дж. Лодердейл впервые выделил капитал как отдельный фактор производства. И физиократы, и классики, и представители других научных направлений структурировали капитал, различая его по составу, предназначению элементов, зависимостям внутри себя. 
Капитал как неразделимый элемент производства, его реквизит, в понимании классиков политэкономии отличается от природных факторов и потребительских благ. Если и допускалось отступление от этого одобренного постулата, оно касалось только части потребительских благ, которые выполняли функцию по сохранению качества рабочей силы в процессе производства. Иными словами, блага выделялись из капитала и расчленялись на некоторый запас, относящийся к капиталу, и запас, который не имеет к нему практически никакого отношения. Как отмечал в «Богатстве народов» А. Смит [2], капитал представлен запасом произведённых благ, массой существующего в настоящее время богатства, от которого ожидается получение прибыли.
Разделяя капитал на основной и оборотный, тот же А. Смит в состав последнего включал товары, способные приносить их владельцам прибыль, расставаясь с ним, так сказать «оборачивая его». Фундаментальное условие существования оборотного капитала – его потенциальная способность быть проданным в течение одного производственного цикла. В противном случае эта часть капитала трансформируется. И часто случается – в утиль. В лучшем случае эта трансформация, по формальным признакам сохраняет капитал как оборотный, но неликвидный, приносящий собственнику не прибыль, а убытки. Входящие в состав оборотного капитала товары есть количественно измеряемая покупательная сила, возвращающаяся владельцу через торговый оборот в основном в виде денежной выручки. 
Не только с позиции сущности, но и с позиции этимологии, термин «капитал» весьма многозначен. Слово полисемантично и имеет несколько значений. При этом многие из них могут быть вовсе не связанными друг с другом; они самостоятельны, выражают различные, вполне определённые специфические явления. Известно, что древние латиняне под словом «капитал» подразумевали голову – capitalis, происходит от слова caput – голова. Точнее говоря, изначальный смысл – отсечённая голова или отсечение, приводящее к смерти. Далее значение слова было уточнено и стало относиться к центру города, где находятся и функционируют органы государственной исполнительной власти. Отсюда происходят другие известные слова и понятия: подушный налог, подать (exaction capitum), уголовное дело (capitus causa), смертная казнь (porna capitus), лишение всех гражданских прав (capitus deminutio maxima), глава, начальник, руководитель (capita conjurations). 
И в английском или итальянском языках, и в русской речи слово «капитал» может означать совершенно разные «вещи». Если в одном случае капитал рассматривается как богатство человека, то в другом он представляет собой некоторый потенциал, который человек накопил для достижения заветных целей. Как отмечено выше, в житейской речи и сегодня богатство выражается в деньгах.
Стоит спросить кого-нибудь, насколько человек богат, получим ответ, суть которого есть отражение количества денег у него на счёте, в обороте. А получаемые доходы (понесённые расходы) описывают динамику богатства, его рост или снижение. Говорят, что человек стал богаче, если у работника повысилась заработная плата или у собственника имущества возросли доходы по инвестициям в ценные бумаги.
Часто капитал рассматривается как усиливающий впечатление фактор: «капитальные познания», «капитальный довод», «капитальное строение», «капитальная мысль», «капитальная работа». Также капитал выступает в качестве морфемы сложных или простых слов: капиталоёмкий, капиталоотдача, капитализм, капиталосбережения, капиталовложения, капитализация, капиталоориентированность и т.д. Эти и иные аналогичные слова большинству из нас не только хорошо знакомы, но и активно используются в научно-практическом и бытовом лексиконе.
Мы привыкли к обращению «капитала»; используем слово всегда, когда необходимо обозначить нечто важное, помпезное, величественное. За этим словом – выражение основательности и благосостояния. Нередко – угроза, либо благо для общества. Многое во взгляде на существо капитала определяется нашим пониманием законов общества, его морали, устоявшихся правил поведения. Сейчас это слово выражает очень много; для многих оно стало символом социальной борьбы. Некоторые из нас его как воплощение зла презирают. Вместе с тем справедливо то, что равнодушных по отношению к явлению «капитал» сегодня найти крайне сложно.
Сегодня трудно представить, что термин долгое время не имел непосредственной связи с экономикой, ведением хозяйства, управлением и оценкой богатства. Римские правоведы прибегали к нему для обозначения основной части займа, отличной от процентов и других требований кредиторов, – principal; указаний на крупнейшее, важнейшее событие – principes; выделения первого, первоначального – princeps, преимущественного, превосходящего – principдlitдs. В очевидной связи с этим слово «капитал» стало обозначать суммы денег, которые приносят партнёры по общему делу в товарищество. Долгое время капитал ассоциировался исключительно с богатством, роскошью, недостижимыми денежными высотами. Уже в Киевской Руси в качестве капитала принималась земля, деньги, рабы, домашний скот, пасеки, охотничьи и рыболовные угодья. Киевляне отлично понимали, что накопление капитала происходит, как правило, благодаря торговым сделкам. В том числе и сделкам, осуществлённым с внешними, иноземными торговцами. В этом смысле экономика Древней Руси может рассматриваться как экономика торгового капитализма.
И киевляне, и другие народы, помимо торговли, формировали капитал благодаря непрекращающимся войнам: военные трофеи, полученные от побеждённых врагов, составляли другой важнейший источник накопления капитала. Среди татарского народа, который до поры не знал или широко не использовал деньги, равно как среди множества других скотоводческих племён, богатством считался исключительно скот – овцы, быки, козы коровы и другие парнокопытные. Как отмечали немногочисленные путешественники средних веков, открывшие для европейской культуры быт и нравы «диких племён», населявших восточные земли, татары не начнут войну с «бедным» народом, по разным причинам лишённым богатства – скота. 
С учётом указанной практики и отношения к капиталу В. Даль дал трактовку этому феномену, представив капитал как «денежное имущество, богатство в деньгах, наличные деньги, наличность» [3]. У З. Александровой [4] в словаре синонимов русского языка среди тождественных, близких по значению слов, выражающих одно и то же понятие «капитал», мы находим характерные слова: «финансы», «деньги», «обеспеченность» и ряд других. 
Теоретические основы «капитала», которые мы кратко рассмотрели выше, дают возможность разобраться в вопросе о том, каким образом сущностные параметры физического капитала связаны с характеристиками и свойствами человеческого капитала. Не случайно же последний (человеческий капитал) именуется капиталом. Даже если мы рассмотрим всего лишь одну из многих характеристик физического капитала – его единственную функцию, заключающуюся в том, что капитал есть экономический «архимедов рычаг», который позволяет получить, а затем продуктивно использовать общественное благо, этого было бы вполне достаточно, чтобы по аналогии выявить ведущие свойства человеческого капитала. 
При этом сохраняется крайне важный, принципиальный вопрос: как поступить с тем, что отличает эти категории друг от друга? А ведь отличия существуют. 
Ключевое положение о капитале заключено в том, что практически любая производственная деятельность так или иначе ограничена размерами капитала. Его масштабы определяют уровень хозяйственных полномочий компании, надёжность и устойчивость хозяйствующего субъекта; возможности организации отвечать по своим обязательствам. Если мы рассчитываем получить бо́льшую выгоду от имеющихся у нас благ, мы должны привести их качество и масштабы к неким стандартам, отвечающим общечеловеческому представлению о капитале, порождающем значительные выгоды. Если же это не так, то наши устремления так и останутся лишёнными практического воплощения идеями. С другой стороны, мы ничем и никем не ограничены в действиях по формированию адекватного капитала. То есть мы вправе управлять размерами капитала, формировать и совершенствовать его качественные характеристики. Истинность нашей аксиомы очевидна: любое улучшение, связанное с задачей получить результат более привлекательный, чем тот, который нами уже получен, действительно требует «приложения капитала». Содержание этого вывода отражает практические действия собственников производительных благ. Поставив задачу повысить отдачу от капитала, так сказать, увеличить производительность труда, первое, к чему будут приложены особые усилия, – человеческий капитал. Именно качества работника, его профессионализм, будь то рядовой сотрудник операционной части банка или же директор ключевого департамента, понадобятся для того, чтобы реализовать заявленные амбиции. Например, по захвату доли целевого рынка, привлечению новых клиентов, росту объёмов комиссионных доходов и т.п. Для улучшения отдачи от капитала, роста производительности механизмов требуется качественная организация труда, обновлённая и адаптированная к конкретным условиям технология, формализованные и понятные стандарты качества результатов труда. Необходимо приложение усилий и иного свойства – таланта человека [5], что позволит более рационально использовать знания, умения, навыки, а также физические, антропологические, психологические и иные способности носителя человеческого капитала [6]. Возможно, талант человека, специалиста или руководителя является одним из важнейших составляющих элементов человеческого капитала, тем, что в конечном итоге задаёт его качество и уровень.
Из этого следует: приложение человеческого капитала требуется для того, чтобы наиболее рациональным образом, с пользой использовать мощнейший потенциал физического капитала. В нашем примере – некий условный механизм. Не случайно, по-видимому, руководство многих компаний-лидеров мировой экономики [7], – к ним относится и «General Electric», – исповедует идею: наш основной бизнес – это подбор, сохранение и развитие человеческого таланта. 
Итак, мы подчёркиваем существование некоторой закономерности, в рамках которой масштабирование качества человеческого капитала стимулирует, поддерживает рост качества физического капитала. А физический капитал, со своей стороны, улучшаясь, создаёт условия для укрепления качества человеческого капитала [8]. В некотором смысле это происходит систематически, хотя и не понимается как цикл, и начало описываемых событий не является одновременно их завершающим этапом. При всей очевидности повторяемости этих событий, мы полностью отвергаем мысль о цикличности улучшающих процедур. Таким образом, следует говорить не о «круговой» повторяемости явлений, но о повторяемости, при которой каждый последующий виток, завершается и начинается на более высоком, более совершенном уровне. Характер изменения качественных и количественных характеристик физического и человеческого капитала описывается математически, так же, как описывается перемещение точки в пространстве по кривой спиралевидной линии.
Из тезиса о том, что производственная деятельность ограничена размерами капитала, вовсе не вытекает вывод о том, что производство достигает этого предела. Капитал либо часть его может оставаться невостребованным, «сэкономленным», что выражается в непроданном товаре, простоях или непроизводительном режиме функционирования техники, нерациональном использовании земли. Случается и так, что не хватает работников, которые могли бы максимально полно задействовать имеющийся капитал, или к капиталу прикладывается недостаточный с точки зрения квалификации труд и даже «обесцененный» человеческий капитал, подверженный инфляции [9]. Но этим «экономия» капитала не ограничивается. Существует ещё и экономия на результатах отдачи от капитала; этот политэкономический феномен более всего роднит физический и человеческий капитал. Термин «экономия на результатах отдачи» требует пояснения, так как его использование в экономической литературе не отмечено. По нашему мнению, экономия на результатах отдачи – это условно распределённая часть общественного богатства, остающаяся в распоряжении владельца капитала. Важно отметить этот момент теперь, ибо это объясняет некоторые вопросы формирования высокой прибыли корпораций, а также искажений, которые характеризуют современные тенденции в оплате труда, источники формирования сверхвысоких доходов на капитал, ренты. Подведём некоторые итоги нашего исследования. Выявляя сущностные характеристики, мы видим, что категория «капитал» очень близка к изучаемому нами социально-экономическому феномену – «человеческий капитал». Хотя верно, что «деньги», или «всеобщая покупательская способность», «экономическая мощь» составляют стержень, вокруг которого концентрирует внимание теория капитала. Объясняется это не тем, что деньги или же материальное богатство рассматриваются как главная цель человеческой деятельности, закономерный результат «приложения капитала». Если собственник капитала рассчитывает продать капитальное благо, вопрос цены не всегда будет решаться с позиции максимальной выгоды, то есть средства производства не обязательно продаются в соответствии с приносимым ими чистым доходом. Отсюда идея денежной мотивации владения капиталом уступает мнению: основу значимости капитала для человека составляет его способность быть в первую очередь рыночной покупательной силой.

Литература

1. Эрфурт, К. Особенности капиталоотдачи и износа человеческого капитала в хозяйственной практике России и их отражение в теории / К. Эрфурт // Человек и труд. 2006. № 8. С. 13.
2. Смит, А. Исследование о причинах богатства народов / А. Смит. – М. : Эксмо, 2007. С. 291.
3. Даль, В. И. Толковый словарь живого великорусского языка : в 4 т. / В. И. Даль.– М. : Государственное издательство иностранных и национальных словарей, 1955. Т. 2. С. 87.
4. Александрова, З. Словарь синонимов русского языка : практический справочник / З. Александрова.– М. : Рус. яз.-Медиа, 2003. С. 36.
5. Робертсон, А. Управление талантами : как извлечь выгоду из таланта ваших подчинённых / А. Робертсон, Г. Эбби. – Днепропетровск : Баланс-Клуб, 2004. С. 270.
6. Румизен, М. К. Управление знаниями / М. К. Румизен. – М. : ИНФРА-М, 2003; Управление знаниями менеджеров устойчивой организации : методология подхода / под ред. Т. Ю. Ивановой. – Ульяновск : УлГУ, 2003;  Автономов, В. С. Модель человека в экономической науке / В. С. Автономов. – СПб. : Питер, 1998; Мильнер, Б. З. Управление знаниями / Б. З. Мильнер. – М. : ИНФРА-М, 2003.
7. Шекшня, С. Kak eto skazat po-russki? / С. Шекшня // Управление персоналом. 2004. № 3. С. 76; Джонсон, М. Битва за персонал / М. Джонсон. – СПб. : Питер, 2004; Дорошева, М. В. Управление человеческими ресурсами / М. В. Дорошева // Управление персоналом, 1998. № 7; Григорьев, Л. Управление персоналом и регулярный менеджмент / Л. Григорьев, А. Черненко. – М. : БИГ, 2003.
8. Белкин, Е. В. Человеческий фактор общественного производства / Е. В. Белкин. – М. : Мысль, 1989.
9. Пан, Р. Инфляция творческого потенциала / Р. Пан // Человек и труд. 2007. № 3. С. 73.